04011032.jpg

О рапире

 

Шпажный клинок и его уникальная техника времен Возрождения остаются непонятыми и неоцененными. Мне бы хотелось обратить ваше внимание на некоторые факты.

Хотя рапира и родственные ей мечи известны нам по внешнему виду и стилю применения, существует, на мой взгляд, распространенное непонимание этого вида оружия. Оно варьируется в диапазоне от простых ошибок до невежества и заблуждений. Рапира — атрибут бретера и галантного кавалера, как мы видим по фильмам «Три мушкетера» и «Зорро» и множеству театральных постановок. Оружие это приобрело такую популярность из-за неверного толкования. Современное спортивное фехтование (особенно на рапирах), с его стандартизированным оружием и правилами, хоть и основано на исторической модели, отличается по форме и функции от дуэли на рапирах¹. Плюс к этому рапира — оружие полностью отличное от своего предшественника и «кузины» елизаветинского времени — позднего меча.

 

 Огромное число людей убеждено в том, что рапирой можно разрубить конечность или отсечь голову. В основном в этом недоразумении виноват кинематограф. У постановщиков большинства боев актеры не умеют фехтовать. Они наносят относительно безопасные удары, избегая опасных уколов (нельзя же заставлять их тыкать друг друга в лицо). Поэтому мы наблюдаем, как актеры демонстрируют весь набор диких ударов из средневекового арсенала — в настоящей дуэли их бы сразу убили за такое. Те, кто верит, что простое касание одежды противника наносит ему рану, тоже ошибаются. Влияние Голливуда заставляет многих считать, что рапиры предназначены для рубки. Это не так.

Непонятно, почему столь многие люди, у которых нет точной копии рапиры, строят предположения о рубящих возможностях рапир, даже не попробовав этого. Еще большую смуту вносят самоучки от сценического фехтования, которые демонстрируют, по сути, «бесконтактное» фехтование. Отрепетированные, драматические схватки, пусть иногда и удачные, повторяются и выглядят искусственно. Они создают иллюзию развлечения для неопытных зрителей. Киношные и театральные бои равно печально известны. Актеры и исполнители не пытаются работать в контакт, и им не нужно избегать ударов противника. В этом существенная разница между актером и бойцом.

Другая причина столь сильных противоречий — в большом количестве мечей с широким и более тяжелым лезвием. Переходные виды поздних мечей — от средневековых до ренессансных — требуют сильных рубящих ударов, а их эфесы, напоминающие шпажные, предусматривают колющее фехтование (у одного из видов, испанского бильбо, есть даже чашевидная гарда). У них сложные гарды и рукоятки, похожие на шпажные (с декоративными, витыми ручками, ответвлениями и боковыми кольцами). Но мечи такого типа нельзя использовать так же, как настоящие рапиры.

Эти переходного типа мечи держат курс на поражение уколом и акцент на «линейную» работу или парирование острием3. Поскольку эта тенденция породила новые техники фехтования, в основном в Италии и Испании, она одновременно воздействовала на внешний вид оружия. А он, в свою очередь, подтолкнул к развитию новые техники (круг, который часто повторялся в истории оружия и доспехов). Эволюция рапиры и рапирного фехтования черпала из новых технологий в той же степени, как и из самого оружия.

В противоположность общественному мнению, рапира не возникала за один день. Ее форма вышла из поздних гражданских клинков, стройных, со сложным эфесом, произошедших от военных мечей средних веков. Люди, изготовившие рапиру, должны были быть знакомы с колюще-рубящими мечами своего времени. Эти важные факты становятся очевидными после изучения самого оружия и верного понимания фехтовальных руководств того времени.

В каком-то смысле термин «рапира» больше подходит для колющего меча Ренессанса4. На самом деле, их описывали как исключительно длинные, заостренные полосы металла, насаженные на рукоятку. Распространена гипотеза, что это оружие родом из Италии примерно XVI века. Как и с большинством видов мечей, не существует никакого «стандартного» типа рапиры5. Клинки рапир слегка отличаются друг от друга, одни шире, другие уже. Общие их характеристики, однако, остаются теми же. Обычно их лезвия чуть затачивали, по-разному в зависимости от их ширины (ранние варианты обладали более выраженной заточкой).

Несмотря на узкий и очевидный характер рапирных клинков, многие считают, что ими можно рубить почти так же хорошо, как более широкими поздними мечами. Это заблуждение сохраняется благодаря многим факторам. Часть проблемы проистекает из влияния спортивного сабельного фехтования. В таком фехтовании удары сильно модифицированы ради безопасности: их наносят от кисти и локтя. Спортивная сабля — это псевдо-оружие: настоящие сабли намного шире и тяжелее6. У них также более выраженный изгиб.

Фехтовальные сабли, с другой стороны, легкие, гибкие и очень узкие, с почти незаметной кривизной. Узкие они только по соображениям безопасности, поэтому любое сходство с саблями (или настоящими рапирами) случайно. Тем не менее, рубящая техника в сабельном фехтовании очевидно воспринимается многими шпажистами как якобы техника исторической рапиры. Трудно понять, почему люди думают, что тонкая рапира, с замахом от локтя, может наносить серьезные раны ( даже средневековый меч, созданный для настоящей рубки, не способен на это в такой технике). Если честно, эти товарищи вовсе не фехтуют на шпагах, а просто сражаются на них ради забавы и называют это «историческим» или «аутентичным» фехтованием.

(…)

Следует сказать, что попытки во времена Ренессанса сделать меч, соединяющий в себе качества колющие и рубящие, «увенчались определенным успехом». Он не мог колоть столь же быстро, как более легкие мечи, и рубить столь же хорошо, как более тяжелые и широкие7. Попытка объединить колюще-режущие элементы меча с тонкостью рапиры произвели на свет оружие, не дотягивающее по показателям до своих родителей. Это так называемый «меч-рапира» (термин коллекционеров, не историков).

Визуальный осмотр рапиры быстро демонстрирует, что ее ромбовидное сечение физически не способно наносить глубокие резаные раны. Именно поэтому лезвия на рубяще-режущих клинках широкие и тонкие. Собственно, лезвие рапиры довольно ограниченное и иногда даже не достаточно острое, чтобы произвести надрез или предотвратить захват рукой8. Клинок рапиры был относительно толстым в лезвии, чтобы не ломаться, и не был способен наносить глубокие порезы. Будучи тоньше, рапире требуется быть не настолько плоской, как другим мечам. Многие декоративные рапиры даже не пытаются повторить эти формы (или вес), что вводит в заблуждение неофитов. Лезвие рапиры берет на себя нагрузку по соударению, скольжению вдоль клинка противника, что ограничивает ее остроту.


Мечи делают такими, чтобы их было удобно использовать по назначению. Чтобы рубить, мечу требуется лезвие, заточенное под очень острым углом, и клинок не может быть слишком толстым. Ширина лезвия и угол заточки определяют, можно ли использовать оружие для рубки или нет. Настоящая рапира — колющее оружие, которым можно и бить как палкой, но не разрубать. Разумеется, некоторые версии могли резать. Например, если меч наложить на сгиб локтя или колена, лицо или шею, достаточно быстрого скользящего движения, чтобы вывести из строя противника. Но режущий потенциал (только у кончика и первой четверти клинка) не достаточен, чтобы убить рубящим ударом. Оружие не способно наносить такие раны.

 

Например, порез рапирой в области груди не повредит грудной клетке и даже не достанет до ребер. То же относится к животу, ключице или бокам. Если лезвию удастся прорезать дублет, будет больно, но и только. В области голени рубящий удар рапирой тоже не сломает кость, тогда как удар поздним мечом мог бы.

В бою на рапирах, если рука поднята на замах или совершает широкое парирование, почти всегда это открывает тело для быстрого контрукола или рипоста, как в современном фехтовании. Попытки рубить как средневековым мечом быстро приведут к «протыканию насквозь». Даже если удар рапирой удался, он не нанесет достаточно серьезной раны, чтобы остановить противника. Изучение исторических руководств по рапире подтверждают это.

По большей части, удары просто медленнее, чем уколы. Манера владения рапирой позволяет ей обходить защиту более тяжелого меча, метаться вперед и назад, почти полностью препятствуя тяжелому клинку защищаться в привычной манере. Ее длина — в среднем, более трех футов одно лезвие — еще больше затрудняет защиту9. Насколько рапира быстра в уколах, настолько же она быстра и в возвратах, а следовательно — готова к новым атакам10.

Преимущество укола перед ударом, следует подчеркнуть, реализуется в поединках, а не на поле боя. Хотя у длинной рапиры досягаемость больше, слишком большая длина делает ее тяжелее, медленнее и сложнее в применении, если не бессмысленной вообще. Когда выпады и парирования стали более распространенной техникой, клинки укоротились до «стандартной» длины: в среднем 100-110 см, некоторые достигали 120 см. Чтобы боец с рапирой мог защититься от рубящего удара меча, он должен был быть точным в своих перемещениях. Скользящее движение контрукола требует сноровки и опыта. Странно, но несмотря на скорость рапиры, ее все еще можно было ухватить за лезвие (более быстрый маневр, чем парирование своим оружием). Такой прием, обычно в тяжелой кожаной или кольчужной перчатке, известной как guantadipresa (перчатка для захвата), применялся повсеместно.

Тонкое острие рапиры позволяло максимально приникать, концентрируя силу в точке острия. Вот почему это оружие обладало смертоносным уколом. Простое давление всего в несколько фунтов могло убить. Потенциально, смертельный укол мог быть выполнен простым давлением на оружие. По данным тестов на туше, протыкание проходит легко. В прошлом укол был опасен тем, что никто не знал, насколько он глубок (а чем шире клинок, тем больше рана). В то время знания о хирургии внутренних органов были слишком скудны, чтобы остановить внутреннее кровотечение. От ударов рапирой смерть наступала не обязательно сразу. Обычно она приходила позже, от потери крови или заражения.

Ведутся споры об общей эффективности длинного тонкого колющего оружия (например, какой эффект на бойца произведет удар в бедро или плечо). Хотя исторические свидетельства говорят нам о бойцах, которые получали множественные мелкие уколы, сомнительно, чтобы укол мог пройти насквозь и не задеть важных органов. Преимущественно рубящий клинок наносит чрезвычайно обширные и смертельные раны, но возможно (хоть и невероятно) получить несколько ударов и не скончаться.

Если предположить, что артерии или сухожилия не разрублены, а мускулы и кости целы, человеческое тело способно выдержать несколько разрывов и продолжать действовать. Но не в случае внутренних повреждений, в том числе от огнестрельного оружия. Быстрый укол в момент, когда противник поднимает руку для замаха, может легко окончить схватку. Укол в глаз, горло или сердце убьет на месте. Укол в легкие, кишечник, мочевой пузырь или пазуху может также быть смертельным. Нередко порезы головы приводят к кровотечению и потере ориентации. Конечно, сложно делать обобщения касательно ранений, потому что психология раненного бывает разной. В любом случае, стоит иметь в виду, что, если изображения уколов в исторических руководствах достоверны, уколы могут быть ужасно эффективными.

Рапира, будучи колющим оружием, имеет преимущество. Ее сила в кончике, который направлен на противника. Это одно из основных отличий рапиры от позднего меча. В позиции «ангард» острие указывает на оппонента, а не вверх или вниз. Бой острие на острие приводит к необходимости защиты от уколов во время собственной контратаки. Технике рапиры присущи контратаки, проводимые одновременно с подготовленными защитами (концепция, известная японским мастерам меча). Ее способность к рипосту (контратаке) быстра и эффективна. Тогда это было новаторской идеей, не полностью принимавшейся11. Для многих, привыкших к рубящим мечам, новое оружие казалось слабым, а его техника — бесполезной12.

Следует понять, что тактика боя происходит от техники, а техники возникают изначально (хотя и не исключительно) из механики самого оружия. В этом источник фехтовальных движений с рапирой. Наряду с рекомендациями по более линейной стойке, возможно, в большей степени, чем с другими видами мечей, возрастает значение ловких и эффективных передвижений (новички это иногда игнорируют). Поскольку клинок держат горизонтально (чтобы использовать преимущества острия), лезвие обязательно должно быть легче, то есть тоньше. Это требование, разумеется, идет от методики уколов. Прогресс в металлургии того времени позволил делать более прочные и тонкие клинки.

Обычная стойка или нейтральная позиция с рапирой более упругая, чем с поздним мечом (который сам по себе был всего лишь производной формой от средневекового фехтования «меч и щит»). Она больше напоминает стойку боксера, позволяющую делать плавные и быстрые шаги, а также взрывные выпады. Она похожа, но не полностью, на современное фехтование с его линейной стойкой (для сокращения поражаемой области и достижения максимальной досягаемости оружия). Она более упругая, не настолько боковая и колени согнуты меньше. Бойцы стоят ближе друг к другу, в отличие от спортивного фехтования с его ограниченной дорожкой и правилами безопасности. Фехтование на рапирах дает широкие возможности для поперечных движений (боковых и скрестных) — и их становится больше, когда в другой руке кинжал13. Иногда это называют «боем в круге» (только с начала XVIII века дуэли стали проводиться линейно). А еще стойка может быть право- или левосторонней, в зависимости от применяемой техники.

Вторая рука не отведена в сторону, как в современном фехтовании, а готова при необходимости отводить в сторону или отбивать наносимые удары (лучше рискнуть рукой или кистью, чем телом). Существенно то, что с тех пор как меч стали применять одноручным хватом и без щита, передней ногой стала та, с какой стороны меч (то есть правосторонняя для правшей). Это повысило досягаемость вооруженной руки и отвело противоположную сторону тела от оружия противника. Эта позиция изменила стиль боя и потребовала других движений и работы ног (т. н. Традиционной фехтовальной «кошачьей походки»).

Хват рапиры также отличается от хвата ранних мечей. Это одноручное оружие. Двумя руками держать его невозможно14. Рукоятка располагалась обязательно параллельно запястью, а не сжималась в кулаке, чтобы рука была более открытой, а пальцы не прижаты друг к другу, как и у нелетальных потомков рапиры15. Причина тому — контроль острия. Такой хват позволял наносить более мощные уколы, чем хват кулаком. Рукой вы как будто указываете пальцем на что-то (рубить и резать с силой так сложно). Острием рапиры проще манипулировать, согнув указательный и безымянный пальцы вокруг рукоятки. Пока гарда не обрела дополнительную защиту, пальцы подвергались риску. Из-за этого некоторые мастера высказывались против такого хвата. Незаточенная часть клинка, которую придерживали пальцами, получила название «рикассо» в середине или конце XVI века. Она стала почти продолжением рукоятки рапиры.

Дополнительный контроль, полученный благодаря пальцам, охватывающим рикассо или гарду, легко продемонстрировать. Сначала возьмите меч с крестовой рукояткой обычным, кулачным хватом. Затем обхватите гарду указательным пальцем. Вы сразу почувствуете дополнительный, хоть и тонкий контроль над уколами и парированиями, если держать меч горизонтально. Это имеет смысл только в случае, если в вашем стиле боя начинает преобладать работа острием и более линейная техника. Вместо «шага, удара, шага, удара» фехтовальщики на рапирах стали двигаться «вперед и назад, туда и сюда».

 

Другие типы мечей с преимущественно кулачным хватом дают свободу кисти двигаться в любом направлении. Рапира, с ее решетками и чашками, ограничивает кисть в колющей позиции. Это приемлемо, потому что техника владения оружием не предполагала смену хвата. Меняться могло только положение пальцев. Ранние виды колюще-рубящих мечей позволяли держать оружие как кулаком, так и колющим хватом. Кроме того, часто использование острия заставляло смещать баланс к рукояти (что также объясняет расцвет более тяжелых сложных эфесов). Баланс в рукояти позволяет быстрее перемещать острие, что критично для колющего оружия.

Принимая все это во внимание, мы видим в эволюции меча признаки округления рукояти по сравнению с овальной или плоской формой более ранних типов. Рапира также отличается меньшим размером навершия, часто в сочетании с удлиненной или овальной формой. Это объясняется также новым способом хвата, которому крупное яблоко препятствует. Вдобавок, тяжелое яблоко не требуется более как противовес, так как эту функцию уже выполняет сложная гарда.

 

Отдельные поздние мечи имели «кольцо для пальца» или небольшую скобу на гарде. Это предтечи «защиты рукояти» и поздней сложной гарды с ее переплетенными декоративными ветвями16. Такие гарды появились для защиты рук, которые находились на прямой линии атаки, а также для захвата колющей атаки (что имело свои преимущества и недостатки).

Сложные гарды изысканных форм и конструкций распространены и среди рапир, и среди поздних мечей, что часто приводит к их смешиванию. Эти рукоятки дают очевидную защиту руки, вначале, возможно, больше от рубящих, чем от колющих ударов и столкновений с клинком противника17. Ими также можно ловить и ломать тонкие клинки. Видов витых гард было множество, внешний вид был делом моды. Закрытые чашки давали полную защиту от уколов (как современные спортивные шпаги) и появились впервые в начале XVII века. Они развились из гард-раковин. Их вес часто уменьшался за счет декоративных отверстий. Чашка была естественным развитием пластин, прикрепленных по бокам, и ставших одним целым.

Несмотря на своих спортивных потомков, рапира не была легким оружием (в пределах от 1100 до 1350 грамм, чем раньше, тем тяжелее). Они были слишком тяжелыми, чтобы ими было возможно выполнять большинство приемов спортивного фехтования. И все же ими было возможно делать то, чего нельзя было делать более тяжелым клинком. Именно поэтому фехтование на рапирах точно не было таким быстрым, как современное спортивное18. Они точно не были таким гибкими (хотя хорошо закаленная сталь всегда обладает повышенной гибкостью для предотвращения слома). Спортивное оружие гораздо гибче, потому что того требует безопасность. Оно намного легче, и это объясняет почему многие любители фехтования, с легкостью орудующие спортивным оружием, ошибочно уверены, что могут рубить рапирой. Рапиру ни в коме случае нельзя применять так же, как спортивный клинок.

Следует упомянуть, что рапира не была оружием «поля боя» (в отличие от вариаций позднего меча), а скорее была гражданским оружием. Рапира, по сути, была первым гражданским оружием для личной самозащиты (если не считать ножей). Это оружие городское, в отличие мечей для войны. Рапиру не предполагалось использовать в битве: ее ограниченная рубящая способность и изящная конструкция делали ее уязвимой, но для дуэли и стычек она подходила. Она заслужила репутацию истинного дуэльного оружия. Поскольку основная ее угроза в кончике, ей нельзя было свободной рубить в нескольких направлениях. Непросто в горячке битвы нанести смертельный или серьезный удар одной атакой. Движение вперед с уколом моментально завязывает оружие, приводя к риску атаки со стороны других противников. В этом дилемма линейного оружия. Кроме того, в толкучке боя рапиру легко сломать об оружие, которое легко заблокировало бы более тяжелое — вот еще одна причина, почему другое оружие существовало параллельно. У рапиры несомненно есть свои преимущества, но есть и недостатки, такие как бой против оппонента с большим щитом, с некоторыми видами древкового оружия или в тяжелом доспехе (все это не стоило делать с рапирой). Лучше всего рапирой биться против другой рапиры.

Изначально, рапира была преимущественно оружием низших классов. Она стала незаменимой для встреч в темных аллеях и тавернах (другими словами, для уличных драк). Позже она стала оружием аристократии и вышла за границы класса, особенно на дуэльной площадке (что добавило ей популярности)19. Ее техника больше полагалась на осторожный расчет, нежели на свирепости и силе, что отвечало требованиям времени20. Условия развития рапиры, как и любого другого оружия, были своеобразными, и она работает наилучшим образом именно при них. Конечно, это не лишает силы навык владения ею при других обстоятельствах.

 

Рапиру почти всегда использовали со вспомогательным оружием, обычно кинжалом, но это мог быть плащ или кольчужная перчатка для захватов или отражения вплоть до ножен и даже пивных кружек. Опять же, так было потому, что ей не хватало рубящей силы в атаке (хотя применение щитов, баклеров и кинжалов с колюще-режущими мечами было уже повсеместно распространено). Рапира естественно предпочитает атаки с дистанции сближениям и клинчам. Сблизившись или разорвав дистанцию, она лишалась атакующей способности и делала своего владельца более уязвимым. Кроме того, рапиру носили во времена, когда ношение больших щитов по городу не было распространено. В боях на рапирах несомненно часто применялись удары ногами, руками, захваты и все, что угодно.

Линейное парирование клинком оружия постепенно становилось все более рафинированной техникой. Такое становилось возможным вместе с улучшением и облегчением оружия, повышением его маневренности. Парировали внешней стороной лезвия или фальшлезвием, в отличие от парирования плоскостью других форм меча. Можно предположить, что улучшенное парирование и как следствие улучшение способности к рипосту сделало применение кинжала для второй руки менее осмысленным. Простое, но быстрое движение клинка рапиры достаточная защита от укола другой рапиры.

Часто задают вопрос, может ли клинок рапиры треснуть или даже сломаться под ударом более тяжелого оружия, особеннj при блоке. Ответ положительный, но такое возможно и в отношении почти любого другого клинка. Предположительно, фехтовальщики на рапирах, осознавая относительную уязвимость оружия в прямых жестких блоках, изобрели движения, основывающиеся более на отклонении ударов. В идеале (в гораздо большей степени, чем для других видов мечей) заставить атакующее оружие соскользнуть, коснувшись, или оттолкнуть его, а не удариться об него. Поэтому они часто использовали уклонения и отражали потенциальные атаки угрозой собственного укола.Это не значит, что тонкая рапира была не надежной и не способной блокировать (иначе это был бы бесполезный вид оружия), но это делалось только в крайних случаях. Нельзя также утверждать, что другие виды мечей не использовали технику отклоняющих защит. Это несомненно в большей степени зависит от простой эффективностью контрукола, чем врожденной слабостью блокирования.

Что еще было существенно в рапире в сравнении с старыми, более традиционными поздними мечами Возрождения? Это не только очевидная атакующая быстрота, но и способность выполнить настоящий рипост. Точнее, важнейший фактор эффективности рапиры в ее скорости, в быстроте перехода от защитных действий к атакующим. После опускания кончика на парировании или после отбива клинка в торону он все равно способен быстро вернуться на атакующую линию. Он способен мгновенно нацелиться на противника. Так, наряду с выпадами, реализуется контратакующий потенциал этого оружия. Вот почему это легкое узкое оружие оказалось эффективнее более широкого рубящего в бездоспешном поединке. Его быстрый потенциал восстановления после удара позволил рапире отделить парирование или защиту от атаки. Он позволил развить идею настоящего рипоста, или ответа после намеренно отдельной и четкой защиты.

Основная эффективность рапиры лежит в ее высокой скорости в сочетании с непривычными, непредсказуемыми движениями и углами уколов, применяемыми в бою против оппонента без доспехов. Хотя это не абсолютно превосходное оружие, в умелых руках оно может быть устрашающе опасным. Особенно если противник не знаком с его особенностями. Для невежды оно не кажется таким уж страшным, даже производит впечатление хрупкого. В обоих случаях это заблуждение21. Фехтовальщики на рапирах не сомневаются, что тем, кто не знаком с потенциалом этого оружия, в бою с ним придется туго22. В целом, рапира наиболее эффективна против более медленных мечей, более коротких и при отсутствии тяжелой защиты.

В таком случае, рапира представляет собой новаторские разработки клинкового оружия23. Рапиристы развили фехтование до высших ступеней, недоступных прежде Европе. Скорость и точность победили силу и выносливость. Несомненно, мастера, развившие стиль боя на рапирах, сами были знакомы с поздними мечами и многочисленными руководствами по их применению. Развитие различных позиций, защитных стоек и способов парирования, хоть и произошли от позднего меча, несомненно должны были развиваться постепенно от опыта индивидуальных поединков и исследований существующих школ фехтования24. Техника рапиры развила уколы и линейные защиты в большей степени, чем любое другое клинковое оружие. Идея исключительно колющего клинка не была новой, были в античности подобные формы. Можно сказать, что техника рапиры похожа на технику владения копьем, но с куда большей точностью и совершенством.

Базовая техника рапиры включает множество видов уколов и выпадов, в комбинации с угрозами и финтами. Быстрота, точность и изящество — вот ее основные характеристики. Быстрота кончика для сохранения постоянной угрозы и возможности контратаки даже при защите — главная составляющая этого оружия. Вроде бы, это очевидно. Однако, новички пытаются рубить ей или держат ее кулачным хватом. Контроль острия, колющие атаки и парирования в линию не просто изучить в совершенстве. Это не столь очевидно и не приходит само, как рубящие удары мечом.

Следует сказать, что рубить естественнее, чем колоть, потому что при этом задействовано более сильное и понятное движение руки. Напротив, колющий оружием требует осторожности и точности (тем более если есть второе оружие). Это ясно хотя бы из того, как носили это оружие. Для облегчения обнажения клинка рапиру носили на бедре в «петле»под углом примерно 45º.

Резюмировать «эволюцию» рапиры просто. Чем меньше встречается рубящих клинков (бойцов, которые поднимают руку на атаке) и чем больше встречается колющих атак, тем меньше требуется заточка на лезвии. Это привело к трем последствиям: рукоятка изменилась, чтобы удобней было держать клинок острием вперед; усилилась защитная способность гарды; для повышения мобильности клинок был облегчен за счет утончения рубящего полотна.

Авторы Тернер и Сопер лучше всего выразили это в своей замечательной книге «Теория и практика елизаветинского фехтования». Так они описали социальный эффект рапиры в Англии: «За последнюю четверть XVI века рапира превратилась из заморской диковины в популярную причуду, а затем и во всеобщее оружие. Хотя ей редко владели на должном уровне, поскольку обучение требовало много времени и такой уникальной комбинации качеств, как умение, агрессия и хладнокровность, к XVII веку фехтование на рапирах стало весьма цениться и считаться наивысшим видом боевого искусства у утонченных елизаветинцев».

Еще важнее понять, что рапира является особым видом оружия, требующим особой техники. Поздний меч можно было использовать и как рапиру, но рапиру нельзя было использовать как поздний меч. Если применять поздний меч только как рапиру, то вы вскоре поймете необходимость рапиры. Использование рапиры в мечной технике лишает ее самого главного преимущества. Одно оружие тяжелее и рубит, другое быстрее и не рубит.

Чтобы восполнить недостаток информации и знаний об этих видах мечей, следует еще раз повторить: рапира — это колющее оружие, не предназначенное для рубки. Ей убивают быстрыми уколами, она отличается и по внешнему виду, и по манере использования — больше, чем современные спортивные варианты. Настоящая рапира не похожа ни на меч Ренессанса, ни на более поздний малый меч. Она представляет собой один из самых прогрессивных и оригинальных аспектов европейского боевого наследия. Если современные любители хотят владеть рапирой и воссоздавать ее технику, они должны четко это запомнить.

 

Сноски:

1 Фехтовальное оружие произошло от смертельно опасного оружия. И все же есть мнение, что спортивное фехтование (особенно на рапирах) настолько далеко от своих боевых корней, что его с натяжкой можно признать фехтованием. Не удивительно, что многие любители меча не довольны такой ситуацией, а восточные мечники редко ценят европейское фехтование. Но есть небольшие, но возрастающие попытки вернуть боевой дух в этот элегантный, но слишком рафинированный спорт.

2 Многие из них на самом деле всего лишь современные декоративные клинки, не имеющие исторических аналогов, фиктивные, по сути дела. Они довольны неудобные и имеют лишь эстетическое значение.

3 Термин «линейное» означает «на одной линии» или с острием, направленным точно на противника, клинок держится относительно горизонтально, слегка под углом. Раньше клинок перемещали больше рукояткой, а не острием, чтобы блокировать или отражать атаки.

4 Термин «рапира» пришел к нам из испанского espadaropera (возможное значение — меч для костюма) и из француского repiere (впервые зафиксировано в письменных документах в 1497 году в выражении: epeerapier, источник: TheCompleteEncyclopediaofArmsandArmor, BonanzaBooks, 1979). Оно также может быть родственным испанскому слову rasper, «царапать», или немецкому rappen (или raffen), «рвать» (источник: AHistoricalGuidetoArmsandArmor, StevenBull, 1991, FactsonFile). Изначально это мог бы быть сленг. Любопытно, что это слово никогда не использовали в Италии или Испании. Само оружие было совершенно неизвестно в России и многих частях Восточной Европы.

5 Это легко понять, если вспомнить, что у средневековых людей не было средств связи или быстрых перемещений. Идеи и мода перемещались медленно и передавались лично. Добавим к этому и консервативный образ жизни, обычаи и традиции.

6 Один из ведущих тренеров по фехтованию однажды заявил, что игрушечными саблями из пены работают почти точно так же, как и спортивными. Грустный комментарий к тому, насколько современное фехтование отошло от своих корней. К несчастью, единственное место, где часто видно применение рапиры — это сценическое фехтование и постановочные бои. Но даже учитывая их количество, приходится долго искать среди всех их гиперболизированных и необузданных движений что-нибудь напоминающее реалистичную и эффективную технику.

 

7 Возможно, некоторые думают, что меч — это такой большой нож. Это не так. По сравнению с ножами, мечи обладали другим весом, балансом и гибкостью, а также отличались лезвием и рукояткой. Их делали по-другому и для другого. Меч, сделанный как нож, был бы слишком тяжелым для фехтования (что доказали кузнецы, перешедшие с ножей на мечи).

8 Стоит упомянуть, что термин «бритвенно-острый» по отношению к мечам не точный. Бритвы бритвенно-острые, потому что они невероятно тонкие и хрупкие, хрупкие — ключевое слово. Оружие, которым нужно постоянно блокировать и стучать по стали, не сможет, естественно, поддерживать такую заточку. Даже мифические бритвенно-острые мечи Японии, несмотря на их прочность, считались относительно хрупкими из-за своей прочной, кристаллизированной стали.

 

9 Некогда даже был указ в Лондоне, запрещающий рапиры свыше установленной длины. Приезжим отламывали лишнее, что делало рапиру неэффективной. Смысл этот указ приобретает тогда, когда мы поймем, как именно использовали рапиру.

10 Были, однако, кое-какие вопросы относительно того, как сцепление с телом, особенно с падающим, влияет на извлечение из него клинка.

11 Когда приходят радикальные трансформации или даже просто инновации, обычно для традиции сопротивляться. Это видно в военной истории. Рапира, будучи необычным оружием, подвергалась сомнениям и вопросам. В мире оружия ценность и потенциал нужно доказать, а не только заявить.

12 Самыми знаменитыми критиками тех дней были англичане Джордж Сильвер и его брат. В своей книге 1599 года признанный мастер Сильвер критиковал и осуждал рапиру как не пригодную для войны и одновременно слишком опасную для поединков. Хотя его аргументы имели смысл, в его обвинениях была большая доля эмоций и жалоб. Другой мечник, сэр Джон Смит, опубликовал труд, критикующий рапиру, в 1590 году.

13 Спортивное (олимпийское) фехтование, хоть и было несколько дискредитировано здесь, закладывает важнейшую базу движений и форм, которые необходимы для достижения профессионализма.

14 Ла Туш изобрел способ держания рапиры двумя руками, но он не приобрел популярности (по очевидным причинам). Средневековый бой на эстоках, которые держали двумя руками, был более медленным и совершенно другим. Авторы книг, показывающих якобы «двуручную рапиру», ошибаются, потому что удлиненная рукоятка служила лишь большей досягаемости оружия.

15 Этим можно объяснить неудачу многих новичков в понимании истинной сущности рапиры. Они неверно или слишком мягко держат ее. В результате, в начале им проще рубить, а не колоть, несмотря на очевидную конструкцию оружия.

16 Согласно некоторым источникам, термин pasd'ane неверен и изначально применялся только для обозначения части крестовины в XVIIIвеке. Скорее всего, он обозначал двойную раковину на поздних мечах.

17 Это, кстати, помогает объяснить, почему более тяжелые, более широкие мечи не нуждались на самом деле в такой сложной гарде: потому что клинок позволял блокировать и надежно отражать удары. Таким оружием не дрались линейно, им не защищались от уколов. Более тяжелая, сложная рукоятка могла даже стать помехой.

18 Современные спортивные фехтовальщики, чтобы облегчить угол касания, иногда даже слегка изгибают клинок, что на историческом оружии было совершенно невозможно. Некоторые техники и правила спортивного фехтования на легком оружии были бы неприменимы на исторических аналогах (особенно манера наносить хлещущие удары кончиком). Бой на рапирах был намного более жестоким, и бойцы вовсю старались избежать укола. В противоположность этому, спортивные фехтовальщики стараются попасть, пока электрический сигнал не успел зафиксировать более медленное касание противника. Это совсем не то же самое, что в настоящей дуэли, где поединщики могут убить друг друга и где раненный враг может нанести ответный удар.

19 Сколь бы ни была интересной история дуэлей, этот труд посвящен не ей, а более широкому вопросу применения клинкового оружия в Возрождении. Идея поединка всегда существовала в Европе в той или иной форме: чемпионы Греции бросали друг другу вызов, римские гладиаторы, рыцари на турнирах, ордалии. Но концепция аристократической «дуэли чести», имевшей хождение в Ренессансе и позже, пришла из германских обычаев. Стоит упомянуть, что есть сведения о дуэлях до первой крови, смывавшей оскорбление. В иных случаях, противники продолжали наносить друг другу удары и уколы, даже получив многочисленные смертельные ранения.

20 Есть данные, что вокруг учителей, их особых движений и техник возникал ореол таинственности. Любопытно, что с помощью геометрии и математики пытались мистифицировать бой на рапирах так же, как азиатские боевые искусства часто пытаются описать через дзен или даосизм.

 

Из книги: «Renaissance Swordmanship»

Перевод: Георгий Голованов, ARMA St. Petersburg

 


Оружие

Яндекс.Метрика